Цитата дня: "Драматурги из "Собачьего зала"

Mak_Sim аватар

Любопытный отрывок из Владимира Гиляровского "Москва и москвичи".
Глава "Драматурги из "Собачьего зала"

-- Я--драматург Глазов. Вас я, конечно, знаю. 
-- А какие ваши пьесы? 
-- Мои? А вот... 
И он перечислил с десяток пьес, которые, судя по афишам, принадлежали перу одного известного режиссера, прославившегося обилием переделок иностранных пьес. Его я знал и считал, что он автор этих пьес. 
-- Послушайте, да вы перечисляете пьесы, принадлежащие...--Я назвал фамилию. 
-- Да, они принадлежали ему, а автор их--я. Семнадцать пьес в прошлом году ему сделал и получил за это триста тридцать четыре рубля. А он на каждой сотни наживает, да и писателем драматическим числится, хотя собаку через "ять" пишет. Прежде в парикмахерской за кулисами мастерам щипцы подавал, задаром нищих брил, постигая ремесло, а теперь вот и деньги, и почет, и талантом считают... В Обществе драматических писателей заседает... Больше ста пьес его числится по каталогу, переведенных с французского, английского, испанского, польского, венгерского, итальянского и пр. и пр. А все они переведены с "арапского"! 
-- Как же это случилось? 
-- Да так. Года два назад написал я комедию. Туда, сюда -- не берут. Я -- к нему в театр. Не застаю. Иду на дом. Он принимает меня в роскошном кабинете. Сидит важно, развалясь в кресле у письменного стола. 
-- Написал я пьесу, а без имени не берут. Не откажите поставить свое имя рядом с моим, и гонорар пополам,-- предлагаю ему. 
Он взял пьесу и начал читать, а мне дал сигару п газету. 
-- И талант у вас есть, и сцену знаете, только мне свое имя вместе с другим ставить неудобно. К нашему театру пьеса тоже не подходит. 
-- Жаль! 
-- Вам, конечно, деньги нужны? Да? 
-- Прямо жить нечем. 
-- Ну так вот, переделайте мне эту пьесу. И подал мне французскую пьесу, переведенную одним небезызвестным переводчиком, жившим в Харькове. Я посмотрел новенькую, только что процензурованную трехактную пьесу. 
-- Как переделать? Да ведь она переведена! 
-- Да очень просто: сделать нужно так, чтобы пьеса осталась та же самая, но чтобы и автор и переводчик не узнали ее. Я бы это сам сделал, да времени нет... Как эту сделаете, я сейчас же другую дам. 
Я долго не понимал сначала, чего он, собственно, хочет, а он начал мне способы переделки объяснять, и так-то образно, что я сразу постиг, в чем дело. 
-- Ну-с, так через неделю чтобы пьеса была у меня. Неделя -- это только для начала, а там надо будет пьесы в два дня перешивать. 
Через неделю я принес. Похвалил, дал денег и еще пьесу. А там и пошло, и пошло: два дня--трехактный фарс и двадцать пять рублей. Пьеса его и подпись его, а работа целиком моя. 
Я заинтересовался, слушал и ровно ничего не понимал. 
Вагон остановился у Страстного, и, слезая с империала, Глазов предложил мне присесть на бульваре, у памятника Пушкину. Он рассказывал с увлечением. Я слушал со вниманием. 
-- Как же вы переделывали и что? Откуда же режиссер брал столько пьес для переделки? -- спросил я. 
-- Да ведь он же режиссер. Ну, пришлют ему пьесу для постановки в театре, а он сейчас же за мной. Прихожу к нему тайком в кабинет. Двери позатворяет, слышу--в гостиной знакомые голоса, товарищи по сцене там, а я, как краденый. Двери кабинета на ключ. Подает пьесу -- только что с почты -- и говорит: 
-- Сделай к пятнице. В субботу должны отослать обратно. Больше двух дней держать нельзя. 
Раз в пьесе, полученной от него, письмо попалось: писал он сам автору, что пьеса поставлена быть не может по независящим обстоятельствам. Конечно, зачем чужую ставить, когда своя есть! Через два дня я эту пьесу перелицевал, через месяц играли ее, а фарс с найденным письмом отослали автору обратно в тот же день, когда я возвратил его. 
Мой собеседник увлекся. 
-- И сколько пьес я для него переделал! И как это просто! Возьмешь, это самое, новенькую пьесу, прочитаешь и первое дело даешь ей подходящее название. Например, автор назвал пьесу "В руках", а я сейчас-- "В рукавицах", или назовет автор -- "Рыболов", а я -- "На рыбной ловле". Переменишь название, принимаешься за действующих лиц. Даешь имена, какие только в голову взбредут, только бы на французские походили. Взбрело в голову первое попавшееся слово, и сейчас его на французское. Маленьких персонажей перешиваешь по-своему: итальянца делаешь греком, англичанина--американцем, лакея--горничной... А чтобы пьесу совсем нельзя было узнать, вставишь автомата или попугая. Попугай или автомат на сцене, а нужные слова за него говорят за кулисами. Ну-с, с действующими лицами покончишь, декорации и обстановку переиначишь. Теперь надо изменять по-своему каждую фразу и перетасовывать явления. Придумываешь эффектный конец, соль оригинала заменяешь сальцем, и пьеса готова. 
Он сразу впал в минорный тон. 
-- Обворовываю талантливых авторов! Ведь на это я пошел, когда меня с квартиры гнали... А потом привык. Я из-за куска хлеба, а тот имя свое на пьесах выставляет, слава и богатство у него. Гонорары авторские лопатой гребет, на рысаках ездит... А я? Расходы все мои, получаю за пьесу двадцать рублей, из них пять рублей переписчикам... Опохмеляю их, оголтелых, чаем пою... Пока не опохмелишь, руки-то у них ходуном ходят...

Вверх
Никто ещё не голосовал
0
Ваша оценка: Нет